Смерть при невыясненных обстоятельствах

Смерть при невыясненных обстоятельствах

Александр Иванович давно на пенсии. Всю жизнь, проработав экономистом, он никогда не сталкивался ни с криминальными, ни тем более мистическими историями. А уж когда одно переплетается с другим, переплетается странным, загадочным, непонятным образом простому, обычному человеку разобраться в этом бывает совсем не под силу.


Однако, по «прихоти» Судьбы, именно с такими событиями столкнулся пенсионер, невольно став их участником и очевидцем. Происходило всё в его доме, в квартире прямо над ним. Там жила старая, одинокая женщина, плохо видевшая и редко выходившая на улицу.

– Александр Иванович, что произошло, когда это началось?

– В тот злополучный день Мария Ивановна (моя соседка сверху) проснулась рано. Как только первые лучи Солнца робко заглянули в её комнату через старую занавеску, она села в кровати, подслеповато озираясь, стала искать свои тапочки.

«Куда запропастились проклятые?», – привычно бормотала себе под нос. Живя одна, Мария Ивановна часто разговаривала с собой. Приятно поговорить с умным человеком. Она бубнила себе под нос, когда ходила по комнате, готовила есть, шла в туалет. Её квартира была двухкомнатной, но очень небольшой. Совмещенный санузел, маленькая кухня. Наш дом весь «хрущевский». Про убранство и говорить нечего. Разве нам (старикам) много нужно?

Соседка имела невысокий рост. Ходила, сгорбившись, чуть припадая на правую ногу. Возраст, ничего – не поделаешь. Так, общаясь сама с собой, она добрела до кухни, села на стародавнюю табуретку, рядом с тумбочкой того же возраста – её «одногодкой», где стоял телефон, сняла трубку, узнать время.

Гудка не было. Нажала на кнопку – молчание, так несколько раз. Примерно через час повторила попытку, тоже безрезультатно. Телефон, словно «заговоренный» молчал весь день. К вечеру женщина спустилась ко мне, и мы вызвали ей телефонного мастера.

Телефонист пришел на следующий день прямо с утра. «У Вас телефонный аппарат не работает?», – раздался за дверью незнакомый хрипловатый бас, не успела она еще позавтракать. Мария Ивановна открыла дверь, показала, где телефон.

Он снял трубку, гудка действительно не было. Стал искать неисправность. Вскрыл телефон – сигнал не поступает. К всеобщему удивлению, разрезанным оказался телефонный провод. Именно разрезанным (!), а не оборванным.

Почему – никто не знал. Сама хозяйка была поражена не менее других. Из-за того, что плохо видит, она и ножом–то пользовалась не часто. Восстановив кабель, телефонист, попрощавшись, ушел.

А ровно через два дня – та же история. Мария Ивановна снова пришла ко мне. «Что случилось?» – спрашиваю её. «Телефон», – отвечает растерянно. Словно вину чувствует, которой нет. Ну что делать? Опять вызвали телефониста. Пришел тот же мастер. Вошел несколько раздраженно, хотя вслух ничего не сказал, и напрямик к телефону. А через некоторое время… показывает новый надрез, уже в другом месте.

Мария Ивановна, когда рассказывала мне после об этом, чуть не плакала. Старая, больная женщина не могла понять, что происходит, и была крайне расстроена этим. Просто наваждение какое-то …

– И что было затем?

– На какое-то время всё прекратилось. Я понемногу стал забывать о случившемся. Мало ли всего странного происходит на свете? Но месяц спустя, Мария Ивановна вновь пришла ко мне, вся в слезах.

Открыл дверь, стоит, рыдает. Впустил её в комнату, усадил на стул, накапал сердечных капель. Она выпила их, немного успокоилась. Спрашиваю: «Что случилось?» Снова в слезы. И только, когда окончательно пришла в себя, промолвила: «Постель.»

Нужно сказать, что соседка всегда говорила не очень внятно, чуть шепелявя, а когда начинала волноваться – совсем было трудно понять, о чем идет речь. «Что с постелью», – переспрашиваю, – «Кровать обвалилась?» «Нет», – отвечает – «Порошок.» Ничего не понимая, поднимаюсь наверх, захожу к ней в комнату и вижу … стиральный порошок, рассыпанный по кровати.

«Зачем Вы стиральный порошок-то над кроватью открывали?», – оборачиваюсь к ней. «Я его не трогала, давно не стирала, даже забыла, где он лежит», – опять в слезах отвечает мне.

Я в нерешительности – никого чужого в доме нет, а странные вещи творятся. «Может, сошла с ума?», – думаю про себя. «Я в своем уме», – словно читая мои мысли, говорит она.

– Что же оказалось?

– Трудно сказать. Тем более утверждать что-либо убежденно. Только на сумасшедшую она явно не походила. Рассуждала как обычно, ничего странного. Была такой, как и всегда. За это ручаюсь, хотя дальнейшие события оказались совсем необычными. За всю свою жизнь с таким не сталкивался.

Еще где-то через месяц она опять пришла ко мне и говорит: «У меня в доме поселилась семья. Трое. Маленький горбун (уродец) – глава семейства. Живут в углу комнаты.»

Я сначала не понял, о чем речь, решил, что она площадь сдала кому-то. «Вы им ключи дали?», – переспрашиваю её. «Да, нет», – отвечает она – «Они влетают через окно, и вылетают также». Уже не помню, как я прореагировал на её слова, но в памяти осталось, как она была неподдельно напугана.

«Как Вы их обнаружили?», – спрашиваю.

Рассказывает:

«… Иду неделю назад по комнате, радио решила включить, скучно весь день в тишине, а телевизора нет, вижу в углу кто-то копошится. Решила, мешок со старыми вещами свалился. Только откуда? У меня здесь и шкафа рядом нет. Подошла ближе, вижу – они.

Не поверила своим глазам. Он маленький такой, с горбом на спине, настоящий уродец. Их целая семья. С испугу ушла к кровати и больше не ходила по комнате. А утром они улетели через закрытое окно, потом снова вернулись…»

«Я вызвала милицию», – закончила соседка свой рассказ.

Участковый с помощником пришли в тот же день. Увидев милиционеров, я вышел на лестницу. Они прошли мимо, не взглянув в мою сторону. Грозные, важные, с автоматами в руках. Мне к перилам пришлось прижаться, чтобы пропустить их. Говорю вслед: «Нет, ребята, Вы так ничего не найдете здесь …», – на меня «ноль» внимания .

– Милиция предприняла какие-то действия?

– Нет, конечно. Да и что они могли предпринять? Их приход не имел никакого смысла. Это было ясно с самого начала. Вызвала – то она их не столько от страха (хотя и боялась сильно), сколько от отчаяния.

– Страх так и остался у соседки?

– Наверное. Только мы с ней больше не виделись. Ей так никто и не поверил, поместили в психиатрическую лечебницу, через некоторое время она там умерла.

– А квартира?

– Досталась фирме, с которой у неё был договор на переход имущества после её смерти.

– Так, может быть, произошедшие события не «мистика», а работа гипнотизера, связанного с этой фирмой?

– Не знаю. Однако, будучи тоже одиноким, сам такого договора заключать не буду.

записал Лазарь Модель.

Назад к списку новостей