История масонства в портретах. Деизм в масонстве и масонская доктрина (Часть 5)

История масонства в портретах. Деизм в масонстве и масонская доктрина (Часть 5)

Деизм в масонстве и масонская доктрина

На самом деле, масонский деизм не оспаривает никакой религии Откровения и не соотносится с «натуральной религией», зачастую лишённой сюрнатурализма. Этот деизм отличается от римской религии тем, что не предписывает своим сторонникам ортодоксальности. Вот почему, оставляя за масонами право на свободомыслие, Дезагюлье призывал их считать всех членов Братства равноправными, даже несмотря на присутствующие различия философских взглядов. Кроме того, предлагая масону обращаться к Богу как к Великому Архитектору Вселенной, Дезагюлье тем самым приглашал атеистов также присоединиться к Идее о Боге, что, вполне вероятно, могло бы быть приемлемым для нерадикально настроенных атеистов. С другой стороны, позиция масонского деизма не подразумевает отрицание христианства, а является хитрой тактикой «подхода» к человеку. И именно в этом особом «подходе» заключалась универсальность воззрений Дезагюлье, который, без сомнения, мог бы подписаться под словами Махатмы Ганди (1869-1948): «Моя религия – это не религия тюрьмы. Она предоставляет место для самых обездоленных Божьих созданий, но недоступна для заносчивости и надменности, как расовой, так и религиозной, и родовой. Я не думаю, что на Земле может жить лишь одна-единственная религия. Именно поэтому я стараюсь объяснить людям, что все религии существуют сообща, и стремлюсь проповедовать взаимную терпимость».

(портрет Махатмы Ганди)

Но вернёмся к Жану Дезгюлье и становлению франкмасонской доктрины. С 1670 года в Лондоне начинают обосновываться польские раввины. С ними, а также с их последователями Дезагюлье сводит знакомство, чтобы затем их принять в масоны.

Навеянная практической каббалой, то есть магией, история нового для масонов персонажа –Хирама, – предположительно являвшегося архитектором Храма Соломона, записывается в ритуал инициации Великого Магистра. По легенде, на Хирама напали трое его спутников, желавших выведать у него важные секреты.

В результате Хирам был убит, захоронен, а потом найден и воскрешён. Символическая интерпретация этой смерти, используемая франкмасонами в нравственном и спиритуалистическом смысле, – когда кандидат занимает место Хирама, – окончательно отделила Орден от оперативной сферы. Ритуал, полностью расходившийся с Библейским Учением, а также с запретом трогать тела умерших, сильно удивлял масонов 18-го века, однако нашёл своё оправдание в глазах убеждённого спиритуалиста Жана Дезагюлье, который таким способом хотел придать франкмасонству больше значимости, чем имело тогда христианство.

(Статуя Хирама на бруклинском кладбище Грин Вуд)

История масонства в портретах: Важные изменения

Важные изменения, привнесённые Дезагюлье в каббалистический рассказ о Хираме, наделили ритуал особой глубиной, которая не допускала траурной печали или мрачности, поскольку отныне для масона смерть означала не страшный конец, а всего лишь эпизод инициации, символизирующий непременное возрождение личности. Итак, Дезагюлье подарил масонам надежду на то, что они могут заслужить своё истинное очищение благодаря труду и добродетели.

(вторая картинка Изображение Хирама Абифа, архитектора Храма Соломона)

 

История масонства в портретах: Инициация знаменитых личностей во франкмасоны

Прибыв в Экосс в качестве учёного-инженера, Дезагюлье воспользовался случаем, чтобы объяснить новый ритуал членам Ложи Часовни Святой Марии. В ходе демонстрации ритуала Дезагюлье инициировал во франкмасоны судью – лорд-мэра Эдинбурга, – а также всех членов Судебного Совета. Таким образом, изначально оперативное масонство в Экоссе превратилось в спекулятивное.

(портрет Честерфилда)

В 1731 году во время визита в Нидерланды Дезагюлье руководил собраниями, проходившими в салоне лорда Филиппа Честерфилда (1694-1773) – посла Англии в Гааге. На этих собраниях Дезагюлье принял в масоны герцога Лотарингского, будущего герцога Тосканского, императора Священной Римской Империи германской нации и мужа императрицы Австрии Марии-Терезии.  

(портрет Франца Стефана Тосканского)

По возвращении в Англию Дезагюлье был избран масонами для проведения обряда инициации принца Галльского. Обряд произошёл в 1732 году на заседании в Садах Кью. 

В 1743 году Дезагюлье снова приехал Париж, всё ещё в сопровождении лорда Честерфилда. Здесь он принял в Великую Английскую Ложу Луи Фелипо де Бюсси, графа Сант-Флорентины и маркиза де Лавриер (1705-1777), а кроме того, в 1735 году, он основал в Париже на Ложу Серебряного Людовика (на Rue des Boucherie).

Сделавшись очень влиятельной, Великая Английская Ложа назначила своих представителей во Франции, Германии, Испании и Америке.

Назад к списку новостей